НАСМЕШКА МУЗЫ. - статьи на HiClub.ru
Лучший сайт знакомств в зоне ru, девушки, женщины, мужчины, геи, иностранцы, секс и интим, все это на HiClub.ru

Автор: Геннадий Евграфов Марина Бандиленко

Ленин, Сталин, Гитлер, Мао, Муссолини... Они - колоссы, вожди, диктаторы - умели любить? Или просто "питали слабость к женскому полу", как пишется в тайных досье? По-разному. У отца-основателя итальянского фашизма Бенито Муссолини отношения с женским полом складывались особенно драматично.

...Предаваться любимому занятию Бенито обычно удавалось лишь в темпе presto, за неимением нормального места для любовных утех - в парках, в подъездах, а то и прямо на берегу реки Рабби. Благословенна Италия, где тепло и сухо почти круглый год! А если девчонка артачилась, он не долго думая доставал из кармана нож. Одна из его приятельниц даже получила приличный шрам на память от хулигана. Муссолини считал, что женщины любят властных мужчин, и никогда не пытался умерить свою природную жестокость, находя в ней своеобразную прелесть...

Бенито Амилькаре Андреа Муссолини с детства был головной болью для всех обитателей деревушки Давиа в провинции Эмилия-Романья. Его отец Алессандро, промышлявший кузнечным и слесарным ремеслом, считал себя анархистом и последователем Бакунина, а потому в ответ на очередные соседские жалобы только усмехался: "Мужчина растет!" А мать Роза, учительница в сельской школе, просто давно махнула рукой на старшего отпрыска: ей хватало и двух младших, Арнальдо и любимицы Эдвидже.

В неполные шестнадцать Бенито и в самом деле стал мужчиной, правда, помогла ему в этом обычная проститутка. Невысокий, коренастый, с крупным носом и выдающимся подбородком, Бенито не был красавцем, но имел успех у женщин: жадный блеск черных глаз под низким лбом, необычайный напор и решительность производили впечатление на дам.Предаваться любимому занятию Бенито обычно удавалось лишь в темпе presto, за неимением нормального места для любовных утех - в парках, в подъездах, а то и прямо на берегу реки Рабби. Благословенна Италия, где тепло и сухо почти круглый год! А если девчонка артачилась, он не долго думая доставал из кармана нож. Одна из его приятельниц даже получила приличный шрам на память от хулигана. Муссолини считал, что женщины любят властных мужчин, и никогда не пытался умерить свою природную жестокость, находя в ней своеобразную прелесть.

Уже будучи на вершине власти, он как-то набросился на самую верную свою любовницу (даже больше, чем любовницу, - единственную женщину, которую он по-настоящему любил) Клару Петаччи, посмевшую разозлить его каким-то неосторожным замечанием. Свою жену Ракель он нередко разукрашивал синяками. Очаровательную француженку журналистку Магду Фонтанж Муссолини как-то едва не задушил, в момент близости с силой затянув на ее шее шелковый шарфик. И его женщины всегда покорно терпели садистские выходки возлюбленного, были просто без ума от него. Мадемуазель Фонтанж быстро надоела Муссолини, и он велел от нее избавиться, приказав выдать ей 15 000 франков (весьма значительную по тем временам сумму) и проводить до границы. Обезумев от любви, в Париже Магда даже пыталась покончить с собой. Ей помешали, а Муссолини, узнав об этом, только презрительно ухмыльнулся.

В юности Муссолини охотно посещал публичные дома, выбирая женщин определенного типа: его избранница должна была быть пухленькой и не пользоваться никакими ароматическими средствами.

Естественный запах тела, острый женский пот - вот что возбуждало Бенито.

Когда будущий диктатор осознал, что нравится женщинам, он без промедления соблазнил кузину. Потом пришла очередь ее подруг, потом было множество барышень со всей округи, примыкавшей к горной деревушке Толмеццо, где в местной школе Бенито учительствовал, без устали сея разумное, доброе, вечное. Наверно, его потомки живут в Толмеццо и по сей день.

Молодой учитель снимал комнату у синьоры Луиджии, чьи пышные формы сразу привлекли его внимание. Ее муж был обладателем не только раскидистых рогов, но и махровой "французской болезни". Нового постояльца Луиджия тоже наградила "французкой", которой господин учитель страдал до конца своей жизни. Муссолини как-то похвалялся, что Луиджия была намного старше его и, как все, с кем ему приходилось иметь дело, любила его "до безумия". Мучительная ревность заставляла малограмотную Луиджию тайком листать тетради Бенито: если она находила женское имя, написанное его рукой, она в ярости рвала страницу в клочья, не подозревая, что это всего лишь конспекты учебника истории.

Узнав, что на память о себе квартирная хозяйка оставила ему сифилис, синьор учитель пришел в полное отчаяние и даже намеревался свести счеты с жизнью. Один из приятелей остановил Бенито, объяснив, что гораздо разумнее обратиться к врачу. Муссолини послушался дружеского совета, и развитие "французки" было остановлено, но все же полностью болезнь излечить не удалось.

Когда Муссолини начнет активно заниматься политикой, о его тайном недуге незамедлительно станет известно органам безопасности: "Бенито Муссолини физически человек крепкого сложения, хотя и болен сифилисом..." - отмечал в своем отчете инспектор Джованни Гасти. Но все же гораздо больше инспектора заинтересовали прочие качества объекта наблюдения: "Он легко проникается симпатиями и антипатиями, способен на жертвы ради друзей, упорен до враждебности и ненависти. Он в высшей степени честолюбив. Он убежден в том, что представляет большую силу, способную повлиять на судьбу Италии, и намерен эту силу реализовать. Это человек, который не желает быть на втором плане. Он хочет главенствовать... Он дерзок и смел, имеет организаторские способности, но не вполне стоек в своих убеждениях и устремлениях".

Однажды Муссолини публично признался, что в молодости ему страстно хотелось стать известным писателем или музыкантом, но он вовремя понял, что у него не хватает способностей.

Однако желание власти над людьми не оставляло Бенито никогда. Как-то в разговоре с одной из своих любовниц, Ледой Рафанелли, он вполне спокойно заявил: "Мне нужны слава и богатство, я хочу быть вершителем судеб". "Как Наполеон?" - улыбаясь спросила Леда. "Нет, больше, чем Наполеон", - ответил он без тени улыбки. Этот разговор состоялся в 1913 году, Бенито Муссолини было 30 лет. Могла ли тогда Леда предположить, что через каких-нибудь девять лет ее любовник - хулиган и распутник, анархист, социалист, возглавлявший газету Avanti!, станет премьер-министром Италии и основателем итальянского фашизма?

Муссолини всегда считал, что толпа имеет женскую природу и поэтому любит властных и напористых. Ни одну свою любовницу он не убеждал с такой страстью, как свою публику. Во время выступлений Муссолини люди не помня себя скандировали: "Ду-че! Ду-че! Ду-че!", многие впадали в транс и теряли сознание. А вождь нации, объявивший себя наследником римских цезарей, коротышка в полувоенном френче, благосклонно принимал эту безудержную любовь толпы, упивался ею - и не мог насытиться.

Бенито Муссолини действительно был наделен одним необычайным даром: при очевидной слабости характера и недостаточном образовании он умел внушать симпатию - по крайней мере, на первых порах - даже известным интеллектуалам и политикам. Бернард Шоу видел в дуче "умелого и делового тирана", Уинстон Черчилль был восхищен упорством Муссолини (этого ему действительно было не занимать!) в "борьбе с ленинизмом", а Остин Чемберлен называл Бенито "своим лучшим итальянским другом". Безусловно, Муссолини умел очаровывать. Кроме прочего, он свободно говорил на нескольких языках, умел быть любезным и даже изысканно вежливым, когда этого требовали обстоятельства, прекрасно держался в седле, неплохо фехтовал - недурно для диктатора? Создавая романтический образ Италии - наследницы Римской империи, в первую очередь Муссолини окружил множеством мифов собственную персону. Но те, кто стоял рядом с ним, знали, что на самом деле скрывается под слоем сусального золота: "картонный лев" - метко назвал его один из сенаторов.

В 26 лет Бенито Муссолини впервые серьезно влюбился - в бывшую свою ученицу Ракель Гвиди. Но синьорита Гвиди не желала уступать домогательствам знаменитого на всю округу донжуана. Единственно возможной ценой своей девственности она видела право называться синьорой Муссолини. В планы Бенито женитьба никак не вписывалась: он вознамерился преуспеть на политическом поприще и считал, что брачные узы могут ему в этом помешать. Тем не менее он решил пойти на компромисс: предложил Ракели вступить в гражданский брак. Но тут в дело вступила тяжелая артиллерия в лице мамаши Гвиди: "Моя девочка никогда не опозорит семью!" На следующий день Бенито без стука ворвался в дом Гвиди, вытащил из-за пояса револьвер и помахал им перед носом будущей тещи: "Вы видите этот пистолет, синьора Гвиди?" Синьора судорожно сглотнула. Бенито выдержал паузу, наслаждаясь эффектом, и продолжал: "В нем шесть патронов. Если Ракель сейчас мне откажет, одна пуля достанется ей, а остальные пять мне. Выбирайте!" Спектакль имел успех: Муссолини не пришлось даже регистрировать брак в мэрии, не говоря уже о религиозной церемонии.

Муссолини так и не удосужился бы оформить свой брак официально, если бы не вмешалась судьба в лице очередной любовницы Бенито, Иды Дальсер. Она познакомилась с молодым революционером в 1912 году, случайно заглянув на партийное собрание социалистов, где ораторствовал молодой политик. Его мужественный облик и страстные речи о счастье итальянского народа настолько увлекли молодую женщину, что от политики до любви оставалось сделать один шаг. И Ида этот шаг сделала, даже не подозревая, что ее избранник не только состоит в гражданском браке, но и является к тому же отцом маленькой дочери. В 1915 году Ида родила Бенито сына Альбино, после чего завела манеру представляться как синьора Муссолини. Репутация двоеженца явно не устраивала Бенито, и он незамедлительно решил эту проблему, заключив наконец законный брак с Ракелью Гвиди. Через

20 с лишним лет Муссолини отправит Иду Дальсер в психиатрическую лечебницу, а ее сына лишит своей фамилии. Спустя еще несколько лет Ида умрет в "желтом доме", а Альбино погибнет на войне.

Жизнь с Ракелью не сложилась - Муссолини был скверным мужем. Пока фашисты не объявили, что семейная жизнь священна, Ракель и дети жили отдельно от него, и даже не в Риме. Три-четыре раза в год дуче посещал семью, не забывая, впрочем, по дороге заглянуть к синьоре Сарфати, написавшей его первую официальную биографию. Да и потом, живя под одной крышей, Бенито и Ракель были фактически чужими людьми: даже дома жена называла его "дуче".

Когда партийные идеологи стали больше уделять внимания роли семьи в государстве, Муссолини настоял на церковном обряде бракосочетания, чтобы служить непосредственным примером для "распущенной нации".

Ракель родила ему пятерых детей. Дуче откровенно признавался, что был не слишком внимательным и заботливым отцом. Он оправдывал себя тем, что государственные дела поглощают все его время. Впрочем, частенько он позволял себе отвлечься от забот о благе Италии. Охрана премьер-министра тщательно проверяла всех желающих пообщаться с дуче, в его кабинет допускались в основном хоро-шенькие женщины. Единение патриоток с вождем нации занимало обычно считанные минуты. Потом ходили слухи, что на кожаных диванах дворца Венеции побывало в общей сложности около четырех сотен очаровательных просительниц. Впрочем, возможно, что истоком этих слухов был сам Муссолини - образ первого мужчины Италии был частью мифа о дуче.

Восторженные итальянки чередой проходили через кабинет Муссолини, не оставляя в его памяти ничего, кроме ощущения мимолетного удовольствия. А тем временем подбиралась старость, оплывало лицо бронзового героя, и вот уже нет былой страсти в речах, и даже появилась некоторая сентиментальность... Разменяв шестой десяток, Бенито неожиданно для самого себя страстно влюбился - в одну из своих поклонниц, Клару Петаччи. Муссолини, который привык лишь благосклонно принимать любовь других, теперь просто сходил с ума от любви к своей Кларетте, "прекрасному созданию". Он осыпал ее знаками внимания, дарил запредельно роскошные платья, немыслимые драгоценности, даже старинные мраморные виллы и роскошные квартиры. А Клара просто любила его - не премьер-министра, не легендарного дуче, - его, Бенито. Она терпеливо выносила частые вспышки гнева, даже когда он бросался на нее с кулаками. Пожалуй, Клара была единственной женщиной, которая действительно любила его таким, какой он есть. И осталась верна ему до последней своей минуты. Впрочем, нельзя сказать, что свои совместные десять лет они жили счастливо, и, хотя действительно они умерли в один день, почти одновременно, история эта совсем не была похожа на сказку.

Жена Муссолини Ракель, давно привыкшая к изменам мужа, быстро поняла, что на этот раз все гораздо серьезнее, чем просто любовная интрижка. Она пыталась бороться, но Муссолини не обращал внимания на ее протесты. И Ракель сдалась: ей ничего больше не оставалось, как молча терпеть этот роман Муссолини, о котором всем было прекрасно известно. Впрочем, однажды она не смогла сдержаться - когда случайно, по недосмотру охраны, встретилась с Кларой в одной из квартир-"гнездышек" Муссолини. Клара стремительно встала навстречу законной жене своего Бенито и, судорожно оправляя кружевные манжеты, ждала - угроз, оскорблений, чего угодно. Ракель смерила взглядом разлучницу, захлебнулась ненавистью, видя ее молодость и красоту и, пока не подоспела охрана, успела лишь выкрикнуть: "Когда-нибудь тебя отвезут на плаццо Лоретто, шлюха!" Когда за Ракелью захлопнулась дверь, Клара без сил опустилась в кресло и прикрыла рукой глаза. На миланской площади Лоретто собирались дешевые проститутки - старые, спившиеся, больные, продававшие свои истасканные тела за обед или бутылку кислого вина. Слова Ракели сбылись, но даже она не могла бы пожелать сопернице того кошмара, которым обернется ее пророчество. 29 апреля 1945 года Клару Петаччи действительно привезут на плаццо Лоретто - ее и Бенито, мертвых, в грязной телеге, а затем на площади под свист и улюлюканье толпы подвесят их трупы за ноги к металлическим опорам бензоколонки.

Бенито Муссолини всегда предпочитал играть по собственным правилам: неважно кем быть - левым или правым, социалистом или фашистом, главное - взойти на вершину власти и пребывать там при любых обстоятельствах, не брезгуя ни провокациями, ни физическим устранением противников. Можно менять свои взгляды: сегодня говорить одно, завтра - другое. Можно в нужный момент бросить вызов своим "чернорубашечникам", припугнуть роспуском партии. Даже можно, оказавшись в меньшинстве, сложить с себя титул дуче, заявив, что этот титул, якобы принятый по настоянию итальянской нации, ему вообще никогда не нравился.

Но крах надвигался неотвратимо. В июле 1943 года экс-дуче был освобожден от всех занимаемых постов и арестован. Правда, через полтора месяца спецотряд немецких десантников освободил его, но на этот раз Муссолини оказался всего лишь гитлеровской марионеткой. За полтора года этого мнимого правления он сильно постарел, обрюзг и опустился. Ввалившиеся глаза потеряли былой блеск и тускло взирали на мир, отвернувшийся от недавнего триумфатора. Весной 1945 года, когда войска союзников уже приближались к Болонье, Муссолини оказался практически в полном одиночестве. От него отвернулись близкие, даже любимая дочь Эдда - ведь он и пальцем не пошевельнул, чтобы спасти ее мужа графа Чиано, министра иностранных дел, казненного по настоянию немцев. Бенито бросили старые друзья, "предал", по его словам, король Виктор Эммануил, передавший пост премьера маршалу Бадольо. От него отвернулся весь мир. Последним политиком, на которого он еще мог - с некоторыми оговорками - положиться,

был Гитлер, но и тому оставались считанные недели. Единственным человеком, который не бросил его, была Клара Петаччи.

Фашистская система, которую он с таким трудом и упорством выстраивал целых 20 лет, развалилась за 45 дней. Было от чего пустить себе пулю в лоб! Но на это у него не хватило сил. Переодетый в немецкую солдатскую шинель, Муссолини бежал к швейцарской границе из основанной им марионеточной Республики Сало

в Ломбардии. Его охранял немецкий отряд во главе с лейтенантом Бирцером, получившим приказ фюрера спасти Муссолини - любой ценой. Лейтенант не сумел выполнить приказ: 52-я гарибальдийская бригада задержала его отряд, и один из партизан узнал в немецком солдате бывшего премьера Италии. Муссолини арестовали и увезли в горы, в отдаленную деревушку Джулино-ди-Меццегра, туда же доставили и его любовницу Клару Петаччи.

Исполнение смертного приговора Муссолини было поручено полковнику Валерио - Вальтеру Аудизио, одному из руководителей итальянского

Сопротивления.

28 апреля 1945 года в середине дня полковник и двое партизан на машине доставили Бенито Муссолини и Клару Петаччи к месту казни. Повинуясь окрику полковника, Бенито вылез из машины и медленно направился к стене

полуразрушенной усадьбы. Он шел с трудом, сгорбившись, как глубокий старик, подволакивая правую ногу. Мятые брюки были забрызганы грязью, на правом сапоге разошлась молния... Вслед за ним из машины выбралась Клара, догнала Бенито и встала рядом с ним спиной к стене. Партизаны не считали Петаччи виновной в преступлениях дуче и

еще раньше предлагали ей убираться на все четыре стороны. Но она не захотела оставить Бенито.

Полковник Валерио начал читать приговор: "По приказу Корпуса добровольцев я выполняю приговор, вынесенный итальянским народом..." Казалось, Муссолини

не понимал смысла этих слов: словно оцепенев, он не отрываясь смотрел в дуло направленного на него автомата. Клара обняла его за плечи, но он ее не замечал. Мелко дрожа всем телом, он бормотал, заикаясь, посиневшими от ужаса губами: "Но, но я... с-синьор полковник... я... синьор полковник". "Вождь итальянского народа" и "наследник славы Рима" не смог найти в себе сил, чтобы достойно встретить смерть. Клара пыталась поддержать его, оторвать от стены, к которой он тяжело привалился, словно его не держали ноги. Полковник велел ей: "Отойди, если не хочешь умереть тоже", и Клара отступила от Муссолини, теперь она металась возле него, заламывая руки. Теплый ветер чуть шевелил ветви деревьев над стеной, с мокрых после недавнего дождя листьев на осужденного падали капли, но он этого не чувствовал. Полковник Валерио поймал себя на мысли, что - странное дело - он больше не чувствует ни ненависти к этому человеку, ни даже презрения: "Тот, кто считал себя львом, превратился в кучу дрожащего тряпья, не способную ни к малейшему движению..." И выпустил в осужденного пять пуль подряд, успев заметить, как Клара внезапно бросилась к Муссолини, пытаясь прикрыть его своим телом. Много лет назад она поклялась разделить участь возлюбленного - и сдержала свое слово.

После расстрела трупы дуче и его любовницы отвезли в Меццегра, а затем доставили в Милан. Площадь Лоретто была забита народом, телега с телами казненных едва смогла проехать сквозь толпу... К ночи площадь опустела, и только ветер продолжал раскачивать подвешенные вверх ногами трупы мужчины и женщины.

Бенито Амилькаре Андреа Муссолини остался в памяти поколений карикатурным диктатором "республики из мягкого сыра". Его миф рассыпался, как карточный домик, еще при его жизни, а после смерти Муссолини чаще предстает фигурой скорее комической, нежели одиозной. И это человек, который страстно мечтал войти в историю великим! Увы, муза Клио оказалась единственной дамой, которая над ним посмеялась - и весьма жестоко.

(C) Курьер (Бруклин) от 11/05/2002